Пятая колонка

Главная // Пятая колонка // Сорок дней без Евгения Ихлова

Сорок дней без Евгения Ихлова

Юрий Самодуров: Мой товарищ Евгений Ихлов...

14.07.2019 • Юрий Самодуров

Евгений Ихлов. Фото из архива Е.Ихлова

Сегодня, 14 июля, исполняется 40 дней со дня смерти Евгения Витальевича Ихлова, автора огромного числа всегда интересных заметок "на злобу дня" в Фейсбуке и на Каспаров.Ru. Один из самых оригинальных и нетривиальных публицистов последних 10 лет. Автор большого числа серьезных публицистических и одновременно мировоззренческих статей. Человек с выдающимся интеллектом и немыслимой эрудицией и при этом очень добрый и хороший человек. Мой товарищ Евгений Ихлов...

Многие читатели страницы Ихлова в ФБ участвовали в придуманной и регулярно проводимой им виртуальной "Учредилке" — воображаемом "Учредительном собрании" — голосовании по вопросам, которые он ставил перед своей аудиторией. Это были самые острые вопросы и "развилки" выбора альтернативных решений различных значимых политических и общественных проблем страны. Сам Ихлов в голосовании не участвовал (чтобы не влиять на результаты), но всегда необычайно содержательно и интересно комментировал последствия решений, за которые проголосовало "большинство". Обнаруженный Ихловым экспериментально закон разделения голосующих по совершенно разным вопросам в пропорции "86:14" подтверждается во множестве других случаев при социологических опросах.

Многие читатели Каспаров.Ru и Фейсбука помнят огромное число заметок, публиковавшихся Ихловым, иногда по нескольку раз в день. И всегда это была реакция на очень разные, преимущественно политические события, как в стране, так и за рубежом. Все или почти все эти заметки и статьи невольно восхищали и поражали неожиданными аналогиями, широтой сравнений и сопоставлений разных событий, происходивших в разных странах и в разное время, и нетривиальностью выводов.

Коньком Евгения Ихлова в последние годы были "историософские" предсказания ожидаемых им на основе выведенных или, точнее, увиденных им закономерностей "повторения" и "отражения" исторических и политических событий во времени, иногда даже с графиками — с обозначением "максимумов" и "минимумов" — нечто вроде "менделеевской" исторической таблицы или "досок судьбы" Хлебникова. Я этого метода понять не смог, но те сопоставления и привлечение того исторического материала, которым Ихлов оперировал, меня не просто восхищали, но и "убивали", потому что я понимал и даже говорил ему, что его уровень знаний и памяти на два порядка выше, чем у меня.

Несколько раз в последние два-три года я просил Евгения Ихлова и настаивал, чтобы он собрал сборник своих избранных статей, и был уверен, что издатель для них найдется. Но он так этого и не сделал. Мне кажется, он не верил, что этот сборник кому-нибудь будет нужен. И кроме того, наверное, ему уже не хватало сил. Фактически он, как оказалось, в последние годы был очень серьезно болен (сердце), почти не выходил из дома и, возможно, был привязан к жизни "ниточкой" ежедневного писания НОВОГО, а не копания и перебирания сделанного раньше, своего СТАРОГО, как бывает у многих активных в прошлом на общественном поприще людей. А Евгений Ихлов был очень активен на общественной арене и в начале перестройки, и в последующие годы. За исключением нескольких последних лет...

Евгений Ихлов входил в многие учредительные советы, оргкомитеты, даже побывал, если не ошибаюсь, в учредителях самой первой "перестроечной" кадетской партии, из которой был исключен за несогласие с возобладавшей в ней "линией". Долгие годы Ихлов руководил аналитическим отделом (службой) Общероссийского движения "За права человека" и был большим другом и одновременно оппонентом его руководителя Льва Пономарева.

Много сил (и надо сказать, не напрасно, хотя окончательный итог был разочаровывающим, но не по его вине) Ихлов отдал организации Общественного трибунала (суда) над сталинизмом, написав программные документы этого общественного предприятия.

Все это было, было, было. А что осталось? У тех, кто Ихлова знал, как-то до сих пор не умещается в уме, что его уже нет.

Так быстро летит время, и так быстро пролетели эти 40 дней со дня его смерти.

Но у тех, кто его не знал, есть возможность почитать его статьи и на Каспаров.Ru, и в ЖЖ, и в его ленте в Фейсбуке. И я надеюсь, что найдется кто-то, кто заинтересуется наследием этого выдающегося ума, соберет и издаст сборник его работ.

Люди с таким мощным интеллектом и такой добротой встречаются в жизни КРАЙНЕ РЕДКО.

P. S. Меня поразил один отклик, который написал у меня в ленте о человеческой сути Ихлова Владимир Матвеев, его "фейсбучный френд" и корреспондент из Казани. Дополнение это настолько ВАЖНО, что мне хочется, чтобы оно вошло в текст моей заметки об Ихлове в виде завершающей цитаты (ее автор мне это разрешил). То, о чем сказал Владимир Матвеев, удивительно емко и точно передает суть человеческого характера Ихлова. Я об этом так глубоко и хорошо, как Матвеев, написать не смог, потому что писал и думал о другом. Да и мои отношения с Ихловым были не такими, какими они были у него с Матвеевым и, думаю, с очень многими людьми.

Вот что помнит о Жене Ихлове Владимир Матвеев:

Ему не нужны были последователи, только собеседники. При этом "уровень" не играл роли. На равных со всеми. Этим он меня даже поразил ещё во времена "Граней".

От него всегда исходили флюиды поддержки. При этом объяснять, точно формулировать проблему не было нужды. Путаность речи и даже мысли его никак не "оскорбляли". Как хороший врач, сразу сам старался вникнуть в суть. Однажды по сети пошла волна "всем бежать!", начавшаяся с открытого письма Навальному некоего небесталанного автора. Обратился к Евгению: надо ответить; по крайней мере, уравновесить. Через несколько часов такие тексты от него были опубликованы.

Мягкость и твёрдость. Твёрдость совсем и никак не фанатичная. Готовность скорректировать свои позиции согласно новым знаниям и осознаниям.

Понимание людей. Можно было обратиться к нему с непонятками в отношениях с кем-то, к кому-то, и он давал своё понимание позиции человека и её генезиса. Ненавязчиво (своё понимание) и деликатно: только в личном разговоре.

Поддержка ему была нужна. Но он сам её вполне строил — всё написанное выше и об этом.

Наверно, это мудрость. Но мудрость не великого знания (и мудрость ли это?) и не "правильного жизнеустроения" (что уж точно не мудрость), а какая-то иная... Какая?

Не выученная — выстраданная.

Об авторе:

Юрий Самодуров

Юрий Вадимович Самодуров с конца 1980-х годов фигурировал в прессе как правозащитник. О более раннем периоде его жизни сведений в публичном доступе нет - известно лишь, что одна из его бабушек, Ольга Слиозберг, была репрессирована и впоследствии опубликовала лагерные воспоминания. В конце 80-х годов Самодуров, по некоторым сведениям...