O – обход профессиональных ассоциаций

Пятнадцатая буква алфавита разрушения американской демократии

Буква N показала как размываются нормы. Буква O отвечает на вопрос: как государство подчиняет профессиональные институты, не запрещая их, а создавая систему, в которой независимость становится слишком дорогой.

Прецендент создан

В марте 2025 года Трамп подписал серию executive orders против Perkins Coie WilmerHale Jenner & Block и Susman Godfrey – фирм, представлявших его политических оппонентов. Отзывались допуски к секретности сотрудников, запрещались доступ в федеральные здания, прекращались государственные контракты.

Параллельно DOJ задействовал второй инструмент – угрозу квалификации работы юридических фирм с иностранными клиентами как нарушение Foreign Agents Registration Act. FARA превращает обычную международную юридическую практику в потенциальное уголовное преступление – если Минюст решит, что фирма действует "в интересах иностранного заказчика". Граница этого решения не определена законом и отдана на усмотрение DOJ.

Это не маккартизм 1950-х, который работал через слушания в Конгрессе и публичный позор, а административный инструмент исполнительной власти – тихое лишение доступа к ресурсам без суда, без обвинений, без публичного процесса. Советских "невыездных" специалистов также не арестовывали и не судили – их просто делали недоступными для мира.

Четыре фирмы оспорили приказы. Федеральные судьи единогласно назвали их "незаконными" и "возмутительными". ABA подала amicus brief. DOJ обжаловал – потом передумал – потом снова обжаловал. Дела в апелляции. Реальный результат достигнут уже сейчас – без финального судебного решения.

Капитуляция

Пока четыре фирмы судились, десятки других подписали соглашения с администрацией превентивно. Paul Weiss Skadden Arps и A&O Shearman среди них – соглашения включали отказ от DEI-практик и обязательства не браться за определенные категории дел против интересов администрации.

Model Rules of Professional Conduct Rule 5.6 прямо запрещает соглашения, ограничивающие право юриста на практику. Фирмы, подписавшие такие обязательства, нарушают правила собственной саморегулируемой профессиональной ассоциации.

Но механизм применения Rule 5.6 создает ловушку с двух сторон. Органами, исполняющими эти правила являются State Bar Associations штатов, а не федеральное правительство. Адвокаты Paul Weiss и Skadden, подписавшие соглашения с Белым домом немедленно подставляют себя под дисциплинарные расследования Bar Associations (Ассоциация адвокатов) Нью-Йорка и Калифорнии – где руководство настроено резко против Трампа. Результат: давление Белого дома с одной стороны и угроза потери лицензии от палат штатов с другой. Это не безнаказанная капитуляция, скорее, институциональная ловушка, из которой нет выхода без потерь.

При этом экономика капитуляции сложнее, чем кажется. Для таких фирм как Susman Godfrey, специализирующейся на коммерческих судебных процессах или Paul Weiss, работающей преимущественно в M&A и private equity (частный капитал) – государственные контракты это капля в море. Настоящий страх не потеря контрактов с Минюстом, а корпоративные клиенты, которые не хотят привлекать к себе внимание FTC, SEC и IRS. Регуляторное давление на клиентов через государственные надзорные органы – вот реальный рычаг капитуляции. Не прямая угроза фирме, а косвенная угроза ее клиентам.

IBA зафиксировала: chilling effect (страх перед наказанием) распространился на всю профессию до вынесения любого окончательного судебного решения. Это доказательство, что инструмент работает.

Давление на воспроизводство независимости

Угроза отозвать статус аккредитатора у ABA говорит вот о чем. ABA не монополист допуска к практике – такие допуски дают State Bar Associations (ассоциации адвокатов штатов). Существует альтернативная процедура прямого признания университетов и колледжей штатами для целей федеральных займов. Министерство образования вряд ли пойдет на коллапс сотен юридических факультетов.

Реальная угроза иная. Потеря статуса организации с аккредитацией создала бы финансовую неопределенность для 73% студентов, использующих федеральные займы – и заставила бы школы выбирать между независимостью и доступом к федеральному финансированию. Это и есть давление на воспроизводство профессиональной независимости, а не немедленный демонтаж.

Повод – DEI-стандарты в юридическом образовании. Реальная причина: ABA подала amicus brief (участие в процессах в качестве исследователя) в защиту преследуемых фирм. Независимая позиция повлекла государственную угрозу институту. Исторический прецедент точнее, чем маккартизм: в деле In re Anastaplo 1961 Верховный суд разрешил State Bar отказать в лицензии кандидату за политические взгляды. Условный доступ к профессии в зависимости от лояльности это чисто американский прецедент. Трамп масштабирует его с уровня отдельного кандидата на уровень институтов.

Почему это важно

Сенаторы написали ABA: "Эти приказы незаконны – инструмент запугивания и оружие федерального правительства". Судьи согласились. DOJ продолжает апелляцию.

Но прецедент создан независимо от исхода апелляции. Исполнительная власть США продемонстрировала что может объявить юридическую фирму "угрозой национальной безопасности" использовать FARA как угрозу уголовного преследования и создать регуляторное давление на клиентов через FTC, SEC и IRS – и что достаточное число фирм капитулирует превентивно не дожидаясь финального судебного решения.

Следующий президент – любой партии – унаследует этот инструментарий.

Демократия не обязательно помещает адвокатов в тюрьму, как в РФ, с потерей статуса юриста. Достаточно создать систему, в которой независимость стоит достаточно дорого – через двойные клещи Белого дома и State Bar, ловушки FARA и регуляторного давления на клиентов.

Адвокаты продолжают работать.

Просто некоторых клиентов им стало опасно представлять.

Следующая буква – P. Праймериз как кнут: как страх первичных выборов превратил Конгресс в инструмент президента.