Если смотреть на это прямо, без избегания проблемы

Человеческая психика использует механизм избегания травмирующих моментов. В жизни можно быть сколь угодно проницательным, но древние душевные алгоритмы стремятся защитить нас от перегрузок опасностью и тем порой, словно перекрывают разум.

Отмечено многими, что всякие преступления и ужасы, будь они прямо услышаны в кремлёвских угрозах и не пройди через механизм избегания, могли быть предупреждены либо минимизированы. Московская хунта, с её стороны, желая напугать мир, очень полезно проговаривается о множестве своих планов, просто наша психика при восприятии гнусных речей отказывается верить в реализацию высказываемого.

Замечено, что, например, путинские выступления, прозвучавшие даже задолго до преступного вторжения в Украину, делятся на две части каждое в плане угроз. Адресованные, формально, одному конкретному адресату, они имеют показательно масштабный замах, прицеливаясь вовсе не только в украинскую сторону. Сперва звучат стенания и бурчания кремлёвского упыря как раз на более общие темы, мрачный взгляд грозит как раз тому, кто видится Путину "над" и "за" Украиной. И лишь после такие речи конкретизируются до украинской тематики, оставляя впечатление неравномерности, звучания не в тот адрес.

А вот адрес-то как раз один – весь Запад и вся система либеральных идей, вся демократия. Поэтому часть почти каждой знаковой речи столь показательно более общая в разрушительных намерениях. И тогда, применяя взгляд на рашистские заявления как на действительно провозглашаемые действия, легче предотвращать эти действия заранее. Даже стремясь лишь перепугать, режим увлекается и прямо-таки перечисляет свои "хотелки", теряя тормоза при их оглашении. Это нужно использовать оперативно против него.

Чего он хочет из того, что успел наболтать? Уничтожения Запада как носителя идей, а вот уже дальше – как получится: то ли элементарно и нагло объявить свой тоталитарный бред победившим, то ли ослабить противника и на этом фоне выбить себе территории и всякие преференции. То, что экономика страдает, страдают граждане, в дома не возвращается мужское население, режим беспокоит только тактически, но не стратегически.

Российская система обладает свойством отрицательной селекции, то есть хитростью плюс глупостью с толикой шизофрении, и в этом состоянии всё время показательно развешивает на исторической сцене "ружья", которые затем выстреливают. Сегодня уставший от войны цивилизованный мир хочет слышать и слышит, что Кремль закончит агрессию, но хунта постоянно твердит о "первопричинах конфликта", а мы явно проскальзываем вниманием мимо кремлёвских слов, пока Путин заодно с Трампом создаёт видимость ближайших результатов, а Донни элементарно тянет для Путина время.

Так вот, Кремль обещает как раз не останавливаться – и он не остановится, это остро необходимо слышать, а не избегать.

Путин и его банда намерены расширить агрессию, даже если что-либо и прервёт – теоретически – конкретное российское зверство в Украине. Не там, так где-то ещё! Заметим, часть путинских "сценических ружей" ещё не "выстрелила", а они давно висят, присутствуют на исторической сцене. Два вопиющих примера – уже почти забытые и принятые, в странной спешке и давно, законы, регламентирующие как массовые принудительные переселения россиян из одних регионов в другие, так и не менее массовые захоронения всё тех же россиян, что массово должных погибнуть.

Исходя из последовавшего затем вторжения в Украину и текущих событий, властям на данный момент оба принятых закона пока не нужны, однако они прошли, приняты и ждут. Их масштаб вовсе не рассчитан конкретно на региональные конфликты. Прямо и без избегания судя, речь – о предполагаемой глобальной войне со стороны путинской хунты против всего демократического мира. И в этой точке как раз сходятся векторы таких предварительных явных признаков и тяжелейших угроз, из которых состоят путинские речи, о которых мы уже говорили здесь.

Возьмём тоже почти забытый пример, когда в одночасье все железные дороги прошли экстренную модернизацию, причём мало кто тогда уловил технические детали, в которых скрывалась зловещая суть. Модернизация шла по выносливости путей, после проведения теперь можно внезапно перемещать множество составов в любой регион страны, причём рекордно. Даже ничего не значащие, казалось бы, ветки следования были укреплены под гигантские объёмы перевозок, хотя откуда и зачем бы им взяться, например, на тупиковых линиях. Ответ нагляден – в процесс были встроены возможности эвакуировать технику и материальные ценности, оружие и людей в безопасные места, хотя бы временно, и этого всего должно быть рекордно много.

В каких случаях? В случаях ответного западного ядерного удара на первый рашистской ядерный удар!

Здесь уже мы получаем пересечение и с глобальными угрозами кремлёвских обращений, и с упомянутыми выше законами о перемещениях и захоронениях. А таких примеров – великое множество, нужно лишь посмотреть на это прямо, без избегания проблемы, и увидеть как есть реалистично.

Рашистская хунта давно и планомерно готовится не к отдельным вторжениям по одному, а к переводу таких операций в общее русло ядерной фазы Третьей мировой войны, причём постоянно совершает явные шаги к ней и проговаривается о своих планах.

Проблема лишь в том, что мы, люди иного, гуманистического склада мышления, не можем смириться с тем, что нам брошен вызов настолько безумного и античеловеческого характера. Соответственно, и реакция у нас, что называется, постоянно запаздывает, и доли оборонительных расходов внутри бюджетов у демократических стран тоже отстают от угроз, и методики обучения, как армий, так и населения, увы, остаются вне учёта важного фактора – нам противостоит сформировавшаяся система планируемого массового убийства, и реагирование на неё крайне важно именно сейчас.