По поводу

Главная // По поводу // Встань и судись

Встань и судись

"Пиратская партия" и Роскомсвобода собирают добровольцев для войны с цензурой

05.02.2015 • Алексей Бачинский

Цензура в сети. Фото: therunet.com

На круглом столе о тактике и практике защиты свободы слова 4 февраля эксперты подвели итоги 2014 года. Пока поражений куда больше, чем побед, а люди предпочитают обходить цензуру, а не бороться с ней. О том, как противостоять неправомерным ограничениям в Интернете и СМИ, рассказали представители "Пиратской партии", проекта Роскомсвобода, Ассоциации пользователей Интернета и сайта Agentura.ru.

В прошлом году наступление на свободу слова усилилось по всем фронтам, но особенно в Интернете. Был заблокирован ряд интернет-изданий (Грани.Ru, Каспаров.Ru и EJ.Ru), отдельные материалы на сайтах других СМИ, Роскомнадзор направил целую серию предупреждений за неугодные публикации, ведомство ограничило доступ к "Живому журналу" Алексея Навального, ряд пользователей подверглись преследованию, в том числе уголовному, за записи и репосты на личных страницах, и это только часть длинного списка.

Руководитель проекта Роскомсвобода Артем Козлюк отмечает, что количество реально блокируемых ресурсов в десятки раз превышает число, которое называет Роскомнадзор. Главный редактор сайта Agentura.ru Андрей Солдатов поясняет:

с 2012 года блокировке подвергались около 200 тысяч интернет-ресурсов, но в черном списке Роскомнадзора из них только примерно 25 тысяч.

Причина в том, что законодательство разрешает ведомству осуществлять блокировку по IP-адресу. В результате под нее попадает не только сайт, на который она была направлена, но и все другие ресурсы, размещающиеся на том же IP-адресе. Так зачастую происходит даже в тех случаях, когда суд указал в решении о блокировке URL конкретный страницы, что позволяет заблокировать только ее и не ограничивать доступ к остальным вполне легальным сайтам — соседям по IP-адресу.

"Государство может в любой момент прийти и за вашим сайтом. Причем он может быть заблокирован по случайным причинам",

— замечает Козлюк. Солдатов подчеркивает: все государственные органы в курсе ситуации, но норма остается в законодательстве.

Козлюк отмечает, что Роскомнадзор присылает свои уведомления о блокировке не только ресурсам, находящимся на отечественных хостинг-платформах, но и зарубежным. Ведомство может ограничить доступ к любому русскоязычному СМИ, в какой бы стране ни размещались его серверы и редакция. Но при всем этом такие механизмы цензуры неэффективны, уверен эксперт.

Как отмечает руководитель Роскомсвободы, ресурсы, доступ к которым был ограничен, по-прежнему можно открыть — блокировки достаточно просто обойти. В экстренных ситуациях, вроде приговора братьям Навальным, система пользуется все теми же способами борьбы с нежелательными для нее ресурсами и при всем рвении по-прежнему оказывается бессильна. Когда появилась первая группа, посвященная народному сходу в поддержку обвиняемых, ее заблокировали, но в результате появилось множество новых, и разразился скандал. Кроме того, у заблокированных ресурсов часто поднимается читаемость, и хоть потом она, как правило, снижается, но все-таки остается на стабильном уровне. Если ресурс заранее рассказал читателям, что делать при блокировке, создавал зеркала, обжаловал решение Роскомнадзора, попав в медийное пространство, его читаемость опять же увеличивается.

Но это не значит, что ситуацию можно оставить как есть. Главный редактор сайта Agentura.ru Андрей Солдатов напоминает, что государство не оставляет попытки усилить контроль за Интернетом. С 2012 года было принято около 10 ограничивающих свободу слова в Интернете законов, и государство тут же принялось наращивать практику их правоприменения. Механизм усиления контроля идет дальше: принимаются подзаконные акты и межведомственные приказы, которые расширяют сферу действия уже установленных ограничений. Их тоже активно начинают применять.

Кроме того, есть и другие инструменты влияния на свободу слова в Интернете: попытки отъема лицензий у интернет-СМИ, предупреждения Роскомнадзора.

"Также заметен так называемый охлаждающий эффект цензуры, когда интернет-ресурсы вводят излишнюю самоцензуру, боясь применения к ним тех или иных санкций со стороны государственных служб.

На это тоже играет Роскомнадзор", — отмечает Солдатов. Не стоит забывать и о той дюжине ограничительных законопроектов, которые Думой пока не приняты, но находятся на рассмотрении.

Председатель Ассоциации пользователей Интернета адвокат Саркис Дарбинян отмечает, что ни один суд по законности блокировки интернет-ресурса не закончился решением в пользу заявителя, кто бы он ни был — активист, читатель, владелец. Но несмотря на общую негативную ситуацию, есть примеры победы СМИ и интернет-бизнеса в споре с Роскомнадзором, напоминает Солдатов. В частности, суд принял решение, что провайдер Ростелеком имеет право не блокировать те ресурсы, которые внесены в список экстремистских материалов, но не внесены в список запрещенных сайтов. Санкт-петербургский оператор SEVNET также выиграл спор с Роскомнадзором об излишней блокировке сайтов. Недавно портал Сибкрай.Ru добился отмены предупреждения Роскомнадзора за материал о "Марше за федерализацию Сибири".

Пока такие примеры единичны, но эксперты призывают представителей интернет-бизнеса, владельцев и администраторов интернет-ресурсов пытаться отстаивать свои права в судах. По их мнению, если таких обращений будет много, возможно, законодательство будет переработано в более либеральном ключе. Член штаба "Пиратской партии России" Павел Рассудов возлагает определенные надежды на Конституционный суд.

"Как подойти к Конституционному суду? У нас был опыт взаимодействия с Государственной думой, когда мы собирали 200 тысяч подписей под петицией против так называемого "налога на болванки". Но, конечно, невозможно представить, что две трети депутатов обратятся в Конституционный суд, чтобы он разъяснил что-то людям, потому что в итоге депутатам оказалось бы труднее "работать", — замечает Рассудов. Однако он уверен, что добиться рассмотрения дел в Конституционном суде возможно.

Дарбинян отмечает: когда жалоб будет много, суду придется разъяснить основополагающий вопрос, четкий ответ на который в запретительных законах не прописан — когда правомерно блокировать информацию, а когда — нет.

Он отмечает, что в этом вопросе ООН уже разработала четкие принципы, позволяющие не затронуть права пользователей глобальной сети.

Эксперты намерены помочь людям сражаться с цензурой, а не только искать обходные пути. Рассудов рассказывает о новой инициативе, которая должна сдвинуть ситуацию с мертвой точки. Активисты создали Центр свободы имени Ларри Флинта, на котором они намерены аккумулировать всю информацию о цензуре и помогать тем, кто решился обжаловать ее проявления через суд. На проект их вдохновила история издателя журнала Hustler Ларри Флинта.

"В свое время он судился за право высказывать в своем журнале любые точки зрения, в том числе публиковать карикатуры на религиозных деятелей. Ему удалось выиграть в Верховном суде США, который является аналогом нашего Конституционного", — объясняет Рассудов.

Создание единого информационного центра по вопросу цензуры позволит собрать воедино опыт судебного обжалования запретов и неправомерных блокировок, изучить тактику представителей Роскомнадзора и Генпрокуратуры в суде, а также привлечь к проблеме внимание людей.

Роскомсвобода также создала ресурс в помощь тем, кто хочет защитить свое право на свободу получения и распространения информации в Интернете — Центр защиты цифровых прав.

На этом сайте размещены разработанные юристами формы жалоб для каждого из возможных случаев, и скоро появятся подробные инструкции о том, как подать свое заявление.

Пока он работает в тестовом режиме. Дарбинян уверен, что с помощью Интернета можно помочь всем тем, кто уверен, что его права нарушены, но не обладает достаточными юридическими навыками, чтобы их защитить.

Козлюк иллюстрирует необходимость таких инициатив фактом — год назад в "черном списке" было около 10 тысяч ресурсов, заявление о неправомерной блокировке в суд подал владелец только одной страницы. Рассудов связывает это с тем, что сменить домен и юрисдикцию проще, чем пытаться судиться. Пользователь сайта тоже предпочитает устраниться от проблемы — пока есть анонимайзеры, любых неправомерных ограничений можно просто не замечать.

Довольно часто приходится слышать, что в России цензуры нет, замечает Рассудов. Объясняют это заявление тем, что, например, оппозиционные политики могут писать в блогах, раз их не пускают на федеральные каналы — это же не запрещено.

В "Пиратской партии" уверены, что такая позиция ведет только к одному — "щупальца цензоров тянутся все дальше" — они уже и вовсе не задумываются над наличием у людей определенных свобод.

Дарбинян рассказывает, что на одном из судов по блокировкам оппозиционных интернет-СМИ, когда он процитировал Конституцию, прокурор сказала, что ей непонятно, "зачем господин адвокат ссылается на какие-то абстрактные ценности".

Дарбинян напоминает: все не ограничивается только блокировками, сегодня блогеров и журналистов за публикации в Интернете подвергают и уголовному преследованию. В частности, такие случаи описаны в докладе Ассоциации пользователей Интернета за 2014 год.

"Нам уже предлагают предфильтрацию всего контента, вертикальные способы передачи международного трафика, варианты китайских моделей цензуры. Вот, скоро на 9 мая господин Ким Чен Ын прилетит в Москву. Может, он тоже чему-то научит коллег",

— наполовину в шутку замечает юрист.

По мнению Дарбиняна, в такой ситуации нужно не только бороться за отнятые права, но и выдвигать новые требования — право на шифрование трафика (защита потока передаваемой и получаемой информации от несанкционированного доступа посторонних лиц и структур — прим. Каспаров.Ru), на анонимность в Интернете. Хотя теоретически они у людей есть, на практике они не работают, уверен он.

Об авторе:

Алексей Бачинский

Еще по теме:

Вадим Зайдман

Папа Карло детского кинематографа

Анна Кей

Что известно о деле Шестуна